«Нас бросили, как щенят»: очередников из Подмосковья, которые 20 лет ждали квартиры, хотят выселить в коммуналки

Бывшие сотрудники камнеобрабатывающего комбината живут в общежитии, где в любой момент может обвалиться потолок

1 комментарий

В подмосковном Долгопрудном по адресу Школьная, 3 тихо разрушается здание общежития Московского камнеобрабатывающего комбината. Еще в советское время туда заселяли сотрудников предприятия с семьями при трудоустройстве. Все жильцы стоят в очереди на улучшение жилищных условий — кто-то 20, кто-то уже 30 лет.

Комбинат обанкротился, а здание в этом году признали аварийным. Люди давно потеряли надежду получить собственную квартиру, и когда-то оживленное общежитие начало понемногу пустеть. Сегодня там живет всего 6 человек. В основном это одинокие женщины, которые более 20 лет жизни отдали работе на вредном предприятии. По закону люди должны получить квартиры вне очереди из-за признания жилищных условий непригодными. Однако вместо этого администрация города Долгопрудного предлагает жильцам переехать в маневренный фонд — по сути, те же коммуналки — на неизвестный срок.

Корреспондент MSK1.RU побывал в общежитии МКК и узнал, как в аварийном здании живут пенсионеры, которые никогда не переступали порог собственной квартиры.

«Мы никому не нужны»

Снаружи — битые стекла и граффити с неприличными словами, которые Лидия Васильевна видит каждый день, заходя к себе домой. Ее дом — желтовато-серое общежитие постройки 1949 года. Внутри — длинные коридоры с комнатами, в которых помещается кровать, стол, шкаф и умывальник. Если прислушаться, можно уловить звук капающей воды и сыплющейся штукатурки, которая оставляет на стенах и потолке следы, похожие на рубцы.

Лидии Васильевне 65 лет. В общежитии она живет с сыном уже 24 года. В его комнате когда-то был пожар, поэтому от пола до потолка по обоям расплывается огромное черное пятно. Последний раз косметической ремонт в здании проводился около 10 лет назад.

За своей комнатой Лидия Ивановна следит: на кровати — красный расписной ковер, на каждом стуле — подстилка, рядом с растворимым кофе на полке — декоративный сервиз с росписью.

В Москву Лидия Васильевна приехала в 1979 году, чтобы участвовать в строительных работах к Олимпиаде-80. Потом она встретила своего будущего мужа и переехала к нему в Долгопрудный, но семейная жизнь не сложилась. Лидия Васильевна уехала с сыном на родину к родителям — в Грозный. Когда сын был в 4-м классе, началась первая чеченская война.

«Мы всё бросили за полчаса, — рассказывает Лидия Васильевна. — Мы были ранены с мамой. У меня в плече так и остался осколок размером с ноготь мизинца: сказали, что он закапсулируется, и не стали убирать».

Лидия Васильевна вернулась с сыном в Долгопрудный. Тогда родители мужа помогли ей и предложили пожить с ними несколько месяцев.

«Свекор говорит: „А куда ты пойдешь? Прописки нет, на работу не берут“. Тогда он предложил пойти к нему на камнеобрабатывающий комбинат, — вспоминает женщина. — Я говорю: „Я куда угодно пойду работать, я не могу сидеть на шее“. Директор комбината мне говорит: „Вы женщина крупная, на шлифовку пойдете, там нужны силы“. Я не знала, что такое шлифовка, что это за работа. Я ничего этого не понимала, но согласилась: ребенка кормить надо. Я больше 20 лет проработала на предприятии со второй категорией вредности, нам даже давали молоко».

Несмотря на то что Лидии Васильевне всего 65 лет, ей уже тяжело разговаривать. Из-за работы на комбинате у нее развилась астма, поэтому говорит она всегда с придыханием. Особенно после того, как поднимется на второй этаж общежития своей комнате.

Комбинат выделил Лидии Васильевне жилплощадь — две комнаты для нее и сына. В 2001 году она встала в льготную очередь на улучшение жилищных условий. Через год со льготной очереди ее сняли, и перед пенсионеркой оказалось больше 1000 человек. Сейчас она находится под номером 103 в очереди, которая не двигается последние три года.

«Начинаешь звонить в ведомство — там, конечно, хамят! — чуть не плача, рассказывает пенсионерка. — „А почему вы не купили?“ А дайте мне денег! Вы знаете, как я жила? По три-четыре месяца мы зарплаты не видели, а я одна с ребенком, родители поумирали. На что покупать?»

Потом комбинат развалился. Проводить ремонтные работы в общежитии перестали, очередь на улучшение жилищных условий затормозилась.

«Они все нас бросили, как щенят, вы понимаете? Мы никому не нужны. Время-то идет, мы тоже не молодеем. И хочется, извините меня, в своей ванной помыться и в своем в туалете в чистом побыть…» — рассказала Лидия Васильевна.

30 лет назад люди жили по три человека в комнате, со временем здание состарилось вместе с его жильцами. Как только появлялась возможность, жильцы переезжали.

«Просто решили, что жизнь дороже»

Ольга въехала в общежитие в 1992 году. Ее муж работал на камнеобрабатывающем комбинате, и ему дали комнату, в которой он жил с женой и дочерью. Семья Ольги встала на улучшение жилищных условий в 2000 году. За 25 лет перспектива получить свое жилье стала настолько призрачной, что семья переехала на съемную квартиру.

Сейчас комната заброшена. О том, что когда-то муж и жена вырастили здесь дочь, напоминает лишь старая раскладная кровать, постер с красным автомобилем и старенький ящик-компьютер. На люстре, которая еле держится за осыпающийся потолок, подвешены игрушки.

«Вы же понимаете, что это на легкие детям воздействует. Что угодно можно заработать, если в плесени такой жить. Мы просто решили, что жизнь дороже. Я 108-я в очереди. Когда это будет? Неизвестно», — поделилась Ольга.

«Крайний раз ремонт был, может, лет 10–15 назад»

Сергею Васильевичу 54 года. В Долгопрудный он приехал в 17 лет из Брянска. После армии пошел работать на комбинат сначала фрезеровщиком, потом оператором термообработки. В 1992 году его прописали в общежитии.

В комнате, куда его тогда заселили, сейчас огромная черная дыра в потолке, везде разбросан мусор, а о прежнем жильце напоминает лишь ковер на стене.

Год назад в комнате Сергея обвалился потолок. К счастью, он заранее заметил просадку и успел перейти в другую комнату, которая показалась более надежной.

«Пока жить можно. Может быть, через полгода-год в этой комнате тоже что-нибудь обвалится, — рассказал мужчина. — Раньше, когда завод был, здесь хотя бы ремонт какой-то делался. Крайний раз ремонт был, может, лет 10–15 назад. Поэтому всё своими силами: что-то подделаешь, подкрасишь, подмажешь».

21 год Сергей стоит в очереди на улучшение жилищных условий, сейчас он 177-й в списке.

«Мое здание будет „жить“ вместе со мной»

В декабре 2024 года техническое заключение установило, что фундамент здания имеет трещину, горизонтальные несущие конструкции находятся в аварийном состоянии, а системы коммуникаций неработоспособны. Спустя 8 месяцев, 5 августа 2025 года, жителям общежития предложили переехать в маневренный фонд — по сути, те же коммуналки, только комнаты там будут еще меньше.

В своей комнате Валентина Владимировна живет с 1987 года, в очереди на квартиру — 197-я. Переезжать в маневренный фонд она категорически отказывается, несмотря на то что здание общежития разрушается.

«Представляете, в трехкомнатной квартире будут жить три семьи разные. Кухня одна на всех, туалет один на всех, — отметила женщина. — А машинки стиральные куда там поставить? А если мы одновременно на работу встанем, будем в очереди в туалет стоять? Вообще зачем мне ехать в маневренный фонд, если там можно прожить всего два года? Эти два года я проживу и здесь. Я думаю, мое здание будет „жить“ вместе со мной».

Валентина Владимировна отработала на комбинате больше 20 лет, потом уволилась из-за маленькой зарплаты.

«Посмотрите, посмотрите, у меня самая лучшая комната здесь, — рассказывает пенсионерка, открывая ключом обветшалую коричневую дверь. — Это единственная комната, в которой на стенах нет плесени, только штукатурка на потолке потихоньку отваливается. В углу, наверно, единственный на всё общежитие телевизор, над ним — уголок с иконами».

«У меня, конечно, есть надежда получить квартиру, если администрация сочтет нужным ее дать. А если ждать очередь, вряд ли кто доживет», — считает Валентина Владимировна.

Нине Николаевне 74 года, в Долгопрудный она переехала 30 лет назад из Баку, когда началась Первая карабахская война.

«Когда этот Карабах был, у меня сын уже школу оканчивал, — вспоминает женщина. — Я боялась, что его заберут, что придет повестка. Я приехала с сыном сюда, пришла устраиваться на завод, меня взяли. Тут же комнату дали, самую-самую кривую. Я рада была и этому, потому что знала, что я с работой, что есть угол, где жить с сыном. Устроилась я шлифовщицей: мокрые сапоги, мокрый халат резиновый, мокрые перчатки. Такая грязная, мокрая работа. Но я рада была любой работе. Я даже перекрестилась, когда всё устаканилось».

Младший сын до сих пор живет с Ниной Николаевной в общежитии. Ее мужа недавно не стало: онкология. Пенсионерка уверена, что причиной болезни стала вредная среда на комбинате.

«Он так сильно болел, не двигался на кровати, — рассказала собеседница MSK1.RU. — Я всё время, день и ночь была с ним. А сейчас уже сил нет, здоровья нет».

«Люди, которые прожили здесь 40 лет, сейчас могут оказаться в коммуналках»

Делом обманутых очередников занимается адвокат Анна Скрынник. Она помогает пенсионерам добиться своих квартир на безвозмездной основе.

По словам Анны, общежитие было признано непригодным для проживания 5 августа 2025 года.

«Экспертиза по этому зданию проходила в декабре 2024-го, и по закону спустя месяц после получения заключения должно было быть готово постановление, — рассказала Анна. — Несмотря на то что у нас есть федеральное законодательство, администрация города почему-то только спустя 9 месяцев после публикации этой проблемы выдает постановление, что общежитие непригодно для проживания. При этом в постановлении отсутствует информация о судьбе здания и всех, кто здесь зарегистрирован, кто здесь селился на законных основаниях».

Все жильцы общежития были заселены в него, когда Московский камнеобрабатывающий комбинат был государственным предприятием. То есть жилищные правоотношения были установлены у рабочих именно с государством. Потом произошла приватизация комбината, в 2020 году он обанкротился.

«Когда предприятие банкротится, конкурсные управляющие смотрят, какое есть имущество, недвижимость предприятия, чтобы его реализовать и покрыть долги кредиторов, — считает Анна Скрынник. — И во всех инстанциях МКК было отказано, потому что общежитие в силу закона является государственной собственностью. Администрация города тоже хотела, чтобы здание было приватизировано МКК, потому что тогда бы они сняли с себя эту тяжелую ношу в виде аварийного здания».

Согласно статье № 57 Жилищного кодекса РФ, если жилищные условия были признаны непригодными и ремонту или реконструкции не подлежат, то новые жилые помещения должны быть предоставлены вне очереди.

«Жильцы должны получить вне очереди соцнаем, — поделилась Анна. — Это квартира, которая дается безвозмездно и срочно, то есть навсегда. А администрация не хочет давать эти квартиры и ведет себя крайне не по-человечески. Люди, которые прожили здесь 40 лет, которые имеют право внеочередного соцнайма, то есть отдельной квартиры, сейчас могут оказаться в коммуналках».

В администрации городского округа Долгопрудный в ответ на запрос MSK1.RU заявили, что действительно признали помещения общежития непригодными для проживания и предложили людям маневренный фонд для временного проживания. Срок этого «временного» проживания, согласно ответу администрации, будет длиться либо до предоставления им жилья по договору соцнайма, либо до ремонта общежития.

«При этом, вселение в жилые помещения маневренного фонда носит временный характер, не означает выселение граждан из общежития со снятием с регистрационного учета и не влечет прекращения возникшего ранее права пользования жилыми помещениями», — уверяют в администрации.

Причем на тех, кто отказался выселяться в маневренный фонд, чиновники подали в суд с требованием принудить их заключить договор социального найма. При этом они подтвердили, что некоторые ждут улучшения жилищных условий уже более 20 лет.

«Также сообщаем, что на учете нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, в городском округе состоят 10 очередников, имеющих регистрацию по месту жительства в здании общежития, вставших на учет в различное время (в 2000, 2003, 2004, 2004, 2007, 2015, 2023 годах), жилые помещения которым в силу статьи № 57 Жилищного кодекса РФ будут предоставлены в порядке очередности, исходя из времени принятия на учет», — добавили в администрации Долгопрудного.

Все жильцы общежития отказываются переезжать в маневренный фонд. Если администрация Долгопрудного в ближайшее время не предпримет меры по улучшению условий, то из жилищного учета можно будет заранее вычеркнуть как минимум шесть пенсионеров. Потому что, когда очередь подойдет, получать квартиры будет уже некому.

Первостепенная задача людей из общежития — пережить зиму в аварийном здании. Шансы остальных городов Московской области накануне оценили в Министерстве энергетики России. Там назвали города страны, которые тяжелее всего пройдут отопительный сезон 2025–2026 года. В опальном списке оказался один подмосковный город, который заместитель директора департамента развития электроэнергетики Минэнерго Георгий Попов в Совете Федерации назвал «всем печально известным».

Самую оперативную информацию о жизни столицы можно узнать из наших каналов в Telegram и MAX, а также группы во «ВКонтакте». Еще нас можно найти в приложении MSK1.RU для iOS и Android.

Смотрите в кино

Источник: msk1.ru

Автор публикации

не в сети 1 неделя

SlyFox

1 054

Комментарии: 2Публикации: 14133Регистрация: 09-10-2019