«Если бы не ты, вообще ничего бы не было»: что происходит с дружбой, когда появляются деньги и общий бизнес

Я сказала мужу, что хочу написать статью о дружбе в бизнесе.

Мне стало интересно это проверить. Антон и Дмитрий познакомились ещё на первом курсе Политеха. Потом их пути на несколько лет разошлись: Антон переехал в Москву, Дмитрий остался в Петербурге. Несколько лет они почти не пересекались, а потом снова встретились уже по работе. Из одного совместного проекта постепенно вырос общий бизнес.

Разговаривать с ними одновременно я специально не стала. Сначала встретилась с Антоном в Москве. В какой-то момент предупредила:

Потом я приехала в Петербург. На одном из вопросов Дмитрий задумался:

Так вместо обычного интервью получился небольшой эксперимент: одни вопросы, два города и никакой возможности сверить ответы. Мне хотелось увидеть, где их версии совпадут, где разойдутся и что каждый из них вообще называет дружбой после многих лет общего бизнеса.

Первый вопрос — и первое неожиданное совпадение

— Когда ты понял, что он уже не просто одногруппник, а твой друг?

Антон почти не раздумывает — сразу вспоминает лабораторные по физике в Политехе. С физикой, признаётся он, у обоих было «не очень хорошо». Преподаватели были жёсткими. Зато довольно быстро выяснилось другое: вдвоём они прекрасно умеют находить выход.

— Нам удавалось понять, какой результат нужен в конце, и, скажем так, подшаманить саму работу. Я что-то анализировал, структурировал, Дима подгонял. И мы очень хорошо жонглировали этим процессом вдвоём.

Потом был доклад по философии, который они придумали примерно за полчаса до выступления. Поговорили, пошутили, обменялись идеями — и снова нашли решение.

Через несколько дней в Петербурге я задаю Дмитрию тот же вопрос. И он тоже начинает с лабораторных по физике. Но рассказывает эту историю совсем иначе.

— В Политехе лабораторные были серьёзные. Кроме расчётов и теории, нужно было ещё показать результат на стенде. А стенды толком не работали, данные получались какие-то кривые.

— Получили своё заветное «ага» — и продолжаем. Чем больше слов, тем больше цифр. Не всегда данные у нас были правильные, но мы знали, какой ответ должен получиться, и плавно к нему подводили. — И вот тогда я, наверное, понял, что мы прекрасный тандем. У нас хорошо получалось работать вместе и добиваться нужного результата.

Я уточняю: — Но это пока больше похоже на хорошее партнёрство. Где здесь дружба?

— Потом мы стали ездить друг к другу в гости, вместе что-то делать, гулять, говорить не только об учёбе. Просто сначала нам надо было как-то выживать. У нас реально была кафедра выживания. А потом это всё переросло в дружбу.

Это было первое совпадение, которого я не ожидала. Два человека сидят в разных городах, не знают ответов друг друга — и оба на вопрос о начале дружбы возвращаются в одну и ту же лабораторию по физике. Причём ни один не говорит о «родстве душ». У обоих дружба начинается с общей задачи: есть проблема — и вместе почему-то получается решить её лучше, чем поодиночке.

Так кто всё-таки придумал бизнес?

— Кто первым сказал: всё, давай делать свою компанию?

У Антона длинная версия. После университета он много лет работал в Yota, затем в Yota Devices. Потом профессиональные обстоятельства снова свели его с Дмитрием: понадобилась внешняя команда разработчиков, и Дмитрий помог её найти. Из одного проекта вырос следующий, а затем постепенно появился общий бизнес.

У Дмитрия история короче: — Мне кажется, это как-то обоюдно пришло. Мы увидели возможность и воспользовались. Даже тогда, наверное, не осознавали, что вот сейчас создаём компанию. Скорее было: «О, темка есть. Давай попробуем заработать».

Я начинаю допытываться: — Но всё-таки кто сказал первым?

Дмитрий смеётся: — Давно это было. Уже стёрлось. Мне интересно, что Антон ответил.

В итоге интереснее даже не то, кто действительно первым произнёс: «Делаем бизнес». А то, что ни один из них не пытается присвоить себе легенду основания. Нет истории: «Это была моя идея», «Я его позвал», «Без меня ничего бы не получилось». У обоих это «мы».

«С ним можно не бояться» и «с ним риск минимален»

— Как ты понял, что именно с этим человеком можно рискнуть и делать бизнес?

У Антона ответ скорее эмоциональный: рядом с Дмитрием у него было ощущение, что не страшно ввязываться в новое, потому что, если появится проблема, вдвоём они найдут выход.

Дмитрий говорит почти о том же, но совсем другим языком: — Мы пять лет вместе учились. Это достаточно долгий срок, чтобы понять о человеке многое. Уже было доверие. А я вообще не люблю рисковать, всегда стараюсь риски сводить к минимуму.

Для одного это: «С ним не страшно». Для второго: «С ним риск минимален». Смысл почти один. Люди — разные.

Один вопрос о кризисе — две разные истории

— Вспомни самый тяжёлый момент в бизнесе. Что вы тогда делали?

Антон вспоминает период, когда проектов стало значительно меньше, возникли проблемы с оплатами от заказчиков, а у него самого всё это наложилось на тяжёлый личный этап. — Всё как будто происходило одновременно: и в бизнесе проблемы, и в жизни свои вопросы.

Они с Дмитрием постоянно созванивались. Обсуждали, что ещё можно попробовать, перебирали варианты, просчитывали худший сценарий. — Созванивались, жаловались друг другу. Поныть можно было почаще.

Иногда разговоров по телефону было мало, и Антон приезжал из Москвы в Петербург. Здесь у него родители и друзья, поэтому поездки можно было совместить со встречами с Дмитрием. — Я приезжал, конечно. Мы встречались, обсуждали, что происходит, иногда просто жаловались друг другу.

По словам Антона, тот период ещё раз показал важную вещь: когда становится совсем плохо, никто из двоих не говорит: «До свидания, я пошёл заниматься чем-нибудь другим». — Мы вместе пытаемся воду вычерпать из этой лодки. Вдвоём.

И именно здесь появляется фраза, которая потом ещё несколько раз прозвучит в интервью:

— Если что-нибудь случится — значит, что-нибудь придумаем. Чего бы ни было, мы что-нибудь да придумаем вдвоём. Как-нибудь вылезем.

У Дмитрия на тот же вопрос совершенно другая история. Сначала он вообще шутит: — Сложные вопросы мы решаем вместе. Одна голова хорошо, две лучше. Я умный, красивый. Антон-то тоже умный.

А потом становится серьёзнее. Однажды они обнаружили, что один из сотрудников, по словам Дмитрия, пытался перевести клиентов компании в собственный бизнес и при этом использовать их ресурсы. — Тогда действительно было тяжело.

Они с Антоном начали связываться с клиентами, объяснять ситуацию, удерживать отношения. — Мы говорили, что наше слово имеет ценность. Если что-то пообещали — выполним. И мы действительно выполнили все обязательства.

Основная часть команды осталась с ними. Кризис прошли. На один вопрос Антон и Дмитрий вспомнили разные самые тяжёлые моменты. Для Антона кризис — период, когда всё начинает рушиться постепенно и одновременно. Для Дмитрия — конкретная внешняя атака.

Но реакция в обеих историях одна: не расходиться по своим углам, а решать вдвоём.

А если один из вас ошибся?

— Кто из вас чаще ошибается? И что делает второй?

Это не значит, что он промолчит, если считает Антона неправым. — Я молчать не буду.

Они могут спорить и даже разговаривать на повышенных тонах. Но хранить список старых промахов друг друга Дмитрий не собирается: — Я не злопамятный, чтобы помнить: вот тогда ты накосячил, мы что-то потеряли, засранец такой.

У Антона есть другое объяснение, почему ошибки становятся общими. Большинство значимых решений они принимают вдвоём. Даже если речь идёт, например, о расходе условных 50 тысяч рублей, решение обсуждается.

Дальше спорят. Кто-то убеждает второго. Иногда решение откладывают. Поэтому потом сложно сказать: «Это была твоя ошибка». Если решение приняли вместе, последствия тоже становятся общими.

Несколько миллионов за «платное обучение»

Ошибки при этом бывали недешёвыми. Антон вспоминает проект, где отношения с клиентом сначала складывались настолько хорошо, что к документам отнеслись слишком расслабленно: часть бумаг не подписали, что-то постоянно откладывали на потом — сначала хотелось просто сделать работу.

Когда позже возник конфликт, выяснилось, что по факту команда свою работу выполнила, но подтвердить это документами было сложно. Если бы дело дошло до суда, разбирательство могло затянуться, а доказать свою правоту без нормально оформленных документов было бы непросто.

Поэтому до суда решили не доводить и договорились с клиентом о компромиссе: вернуть часть денег. Речь шла о нескольких миллионах рублей.

— Мы называем это платным обучением. Ты заплатил денег за то, что тебя научили, как нужно делать.

Есть у них и более жёсткая внутренняя формула. По словам Антона, Дмитрий в подобных ситуациях иногда говорит: — Давай отрежем эту ногу. Чего будем её лечить? Она будет тянуться за нами, болеть и отвлекать от новых вещей. Лучше потерять что-то, отрезать — и идти дальше.

А деньги дружбу не испортили?

Дружба дружбой, но потом появляются обороты, зарплаты, прибыль и личные потребности.

— Что изменилось между вами, когда начали зарабатывать деньги?

У Дмитрия ответ занимает несколько секунд: — Да ничего. Деньги — дело наживное. Конечно, лучше, когда их больше. Но Антону я всю сумму готов абсолютно спокойно доверить и быть уверенным.

Антон приводит конкретную ситуацию. В какой-то момент ему нужно было закрыть личные финансовые обязательства. Он пришёл к Дмитрию и предложил посмотреть, сколько в этот месяц они могут позволить себе вывести из компании.

Дмитрию в тот момент дополнительные деньги не требовались. Но они определили сумму — и взяли одинаково. Не так, что Антон получил больше, а Дмитрий меньше. Оба получили одну сумму.

Меня в этой истории цепляет даже не способ распределения денег. А отсутствие моральной бухгалтерии: «Я тебе тогда уступил — теперь ты мне должен». По крайней мере в их рассказах её нет.

Дружба на фоне бизнеса или бизнес на фоне дружбы?

В одном месте ответы всё-таки заметно расходятся. Антон говорит, что сегодня их отношения во многом существуют внутри совместной работы. Они живут в разных городах, поэтому дружба выглядит не как постоянные встречи по вечерам.

Можно обсуждать клиента, параллельно шутить, жаловаться друг другу: «Блин, ну что за хрень вообще происходит, давай что-нибудь придумаем». А потом переключиться на идеи: «Может, вообще ресторан откроем? Надоело это IT». Антон сам описывает это как дружбу на фоне работы и общего бизнеса.

У Дмитрия ощущение другое. Он говорит, что они обсуждают личные проблемы, советуются друг с другом, встречаются, когда кто-то оказывается в городе второго. И, по его ощущениям, компания в их разговорах занимает даже меньшую часть, чем всё остальное.

То есть они по-разному считают даже объём бизнеса в собственной дружбе. И мне нравится это несовпадение. Потому что настоящее совпадение — это не когда два человека за много лет научились рассказывать одну и ту же красивую историю.

«Ты боишься потерять его?»

— Ты когда-нибудь говорил ему, что боишься потерять не бизнес, а именно дружбу?

И тут Антон совершенно спокойно добавляет: — В любви признавались. Однажды Дмитрий был сильно загружен, и Антон сказал ему: — Я люблю тебя! Ты вообще красавчик. Всё классно делаешь. Умничка. Если бы не ты, вообще всего у нас не было бы.

По словам Антона, Дмитрий тогда «умилился». В Петербурге я задаю тот же вопрос Дмитрию.

И опять два разных способа чувствовать близость. Антон легко произносит: «Я тебя люблю». У Дмитрия всё спокойнее: человек рядом — значит, нет причины говорить о страхе его потерять.

Красная таблетка или голубая

Под конец я решила поставить обоих в максимально искусственные условия.

— Представь: завтра нужно выбрать либо сохранить компанию, либо сохранить дружбу. Что выбираешь?

Антон практически сразу отказывается принимать постановку вопроса. — Это невозможно друг без друга. DNA не существует без нашей дружбы.

Он начинает объяснять: есть другие проекты, стартапы, идеи. Сегодня они занимаются одним, завтра могут придумать совершенно другое. И в какой-то момент формулирует: — DNA — это я и Дима.

Почти сразу он рассказывает, как буквально накануне они вместе генерировали новые бизнес-идеи — даже не обязательно связанные с IT. — Не удивлюсь, если через год какими-нибудь участками земли займёмся. Мы, конечно, в этом ничего не понимаем. Но не страшно.

В Петербурге я задаю тот же вопрос Дмитрию. Он тоже отказывается выбирать. — Почему? Можно сохранить и компанию, и дружбу. Если Антон решит выйти, я могу выкупить его долю. Или наоборот. Или вместе продадим компанию.

Дмитрий ещё немного сопротивляется. Потом сдаётся:

Здесь произошло снова совпадение. Они не слышали ответов друг друга. Оба сначала отказались от самого выбора. Оба в итоге выбрали дружбу. И оба объяснили это практически одинаково: бизнес можно придумать ещё один.

Так дружба и бизнес всё-таки совместимы?

В конце обоих разговоров я возвращаюсь к вопросу, с которого начала.

— Что бы ты сказал человеку, который уверен, что дружбы в бизнесе не бывает?

Антон после долгих рассуждений сокращает всё до одного слова: — Бывает. У него, правда, есть важная оговорка: дружба не должна означать невозможность сказать друг другу «нет», спорить или разделять ответственность.

Но самый важный вопрос я оставила на конец.

«Что бы ты сказал ему такого, чего ещё никогда не говорил?»

Не про бизнес. Не про клиентов. Не про деньги. Про человека. В Москве я спрашиваю Антона:

— Что бы ты сказал Диме такого, чего ему ещё никогда не говорил?

Антон сначала говорит, что, кажется, они уже всё друг другу сказали. Потом задумывается.

— Наверное, он это и так знает. Но я точно знаю, что я не был бы таким, какой я сейчас, если бы не он.

Через несколько дней в Петербурге я задаю тот же вопрос Дмитрию.

— Что бы ты сказал Антону такого, чего ещё ему не говорил?

— О, опять провокационный? Он думает. А потом отвечает:

— Тоха, знаешь что? Ты делаешь всё как надо. Правильно. И ты знаешь, что я тебя поддержу. Поэтому верь в себя, верь в свои силы и давай двигаться.

Антон не слышал этого ответа. Дмитрий не знал, что сказал Антон. Один ответил: «Я не был бы таким, какой я сейчас, если бы не он». Второй: «Ты знаешь, что я тебя поддержу».

Если после этих двух интервью кто-то снова скажет мне, что дружбы в бизнесе не бывает, спорить я, пожалуй, не стану. Я просто расскажу про Антона и Дмитрия.

Один живёт в Москве, другой — в Петербурге. Они по-разному вспоминают кризисы, по-разному говорят о чувствах, спорят, ошибаются, теряют деньги и принимают сложные решения. Но уже много лет продолжают делать всё это вместе.

Два человека. Два города. Общий бизнес. И дружба, которая началась ещё в университет и пережила всё, что обычно называют причинами, почему друзей в бизнес брать нельзя. Так что теперь на фразу «дружбы в бизнесе не бывает» у меня есть очень простой ответ: бывает. Вот они — два героя этой истории.

И, пожалуй, их собственный ответ на вопрос о совместимости дружбы и бизнеса звучит проще всего:

что бы ни случилось — что-нибудь придумаем.